Аверкий (Таушев) архиепископ

Вероятно, народ хотел воспользоваться скорым наступлением праздника Пасхи, чтобы увлекши с собой Христа в Иерусалим, там и провозгласить Его всенародно царем.
Но Господь, конечно, не хотел потакать этим ложным представлениям о Мессии, как о земном царе. Он повелел ученикам отправиться вперед на западную сторону озера, а Сам, успокоив взволнованный чудом народ, отпустил его, и взошел на гору помолиться.
 Понуждаемые Господом отправиться на западную сторону Геннисаретского озера, ученики вошли в лодку и отплыли.
17и, войдя в лодку, отправились на ту сторону моря, в Капернаум. Становилось темно, а Иисус не приходил к ним.
Наступила тьма (ст. 17), дул противный ветер, лодка была посреди озера, ее било волнами (Мф. 14:24), а Господа не было с ними.
Он остался один на земле, но увидел их бедствие (Мк. 6:48). Они были на расстоянии двадцати пяти или тридцати стадий от восточного берега. Было время около четвертой стражи, т.е. уже около утреннего рассвета. И вдруг они увидели Иисуса, идущего по направлению к ним по морю, но, однако, как будто желающего миновать их (Марк.).    Увидав Его идущим по воде, они подумали, что это призрак, и от страха закричали…
Господь успокоил их словами: «Дерзайте, Аз есмь: не бойтеся!»
 Как только они вошли в лодку, ветер мгновенно утих, и лодка быстро пристала к берегу, куда плыли. Все бывшие в лодке подошли тогда, поклонились Ему и сказали: «Воистину Божий Сын еси!»

Деян.5:21–33 

Феофилакт Болгарский блаженный

21Они, выслушав, вошли утром в храм и учили. Между тем первосвященник и которые с ним, придя, созвали синедрион и всех старейшин из сынов Израилевых и послали в темницу привести Апостолов.
22Но служители, придя, не нашли их в темнице и, возвратившись, донесли,
После этого следовало бояться Бога, охранявшего апостолов, как птенцов от рук их. И двойное укрепление темницы, то есть, и печать и люди, и вообще все достаточно было, чтобы убедить, что случившееся было действием силы Божественной.
24Когда услышали эти слова первосвященник, начальник стражи и прочие первосвященники, недоумевали, что бы это значило.
25Пришел же некто и донес им, говоря: вот, мужи, которых вы заключили в темницу, стоят в храме и учат народ.
26Тогда начальник стражи пошел со служителями и привел их без принуждения, потому что боялись народа, чтобы не побили их камнями.
27Приведя же их, поставили в синедрионе; и спросил их первосвященник, говоря:
А они говорят: не запрещением ли запретихом?.. Что же, если вы и запретили? Вот если бы и они (апостолы) согласились тогда с вами и решили повиноваться вам, то теперешние ваши требования были бы справедливы; если же они сказали тогда, что не будут повиноваться, то какой смысл в ваших теперешних требованиях? И хощете навести на ны кровь человека сего. И теперь думают еще, что Он (Христос) простой человек. Говорят же так, желая показать этим, что запрещение было необходимо для них, и что они распорядились так, щадя свою жизнь; а скорее говорили это для того, чтобы раздражить против них толпу.
Повиноватися подобает Богови паче, нежели человеком. Без жестокости отвечают апостолы как потому, что они были учителями, так и потому, что не гневались на иудеев, но сожалели об них и имели в виду то, как бы освободить их от обольщения и гордости.
30Бог отцов наших воскресил Иисуса, Которого вы умертвили, повесив на древе.
Что же касается выражения: сего Бог начальника и Спаса возвыси, так они употребили его, приписывая все Отцу, чтобы не подумали, что Сын чужд Отца. Но почему о том, что апостолы вышли из темницы, узнали (архиерей и прочие) не тотчас? Это для того, чтобы, оставаясь некоторое время в недоумении, они (легче) могли понять и уразуметь, что это было действием силы Божественной.
И Дух Святый, егоже даде Бог повинующымся ему. Не сказали: Дух Святый, которого Бог дал нам, но котораго Бог даде повинующымся, вместе и выказывая смирение и открывая великие истины, а кроме того и объявляя, что и сами они (иудеи) могли получить (Духа); потому что для того именно и допускал Бог то, что апостолы были водимы в судилище, чтобы и иудеи поучались и сами апостолы приобретали более дерзновения и все вообще получали назидание.
Другие, слушая (апостолов), смущались, а они (архиерей и бывшие с ним) распыхахуся и совещаша убити их.

.