Старый стиль 21 ноября
четверг
Новый стиль 4 декабря
Седмица 26-я по Пятидесятнице
Введение (Вход) во Храм Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии
__
Аверкий (Таушев) архиепископ
Пресвятая Дева спешит поделиться Своею радостью со Своей сродницей Елисаветой, жившей в Иудее, как полагают, в городе Иутте близ священнического города Хеврона.
См. ст. 44
Елисавета встречает Ее тем же необычным приветствием, с которым обратился к Ней Ангел: «Благословенна Ты в женах» и притом добавила: «и благословен плод чрева Твоего«, хотя, как родственница, вероятно знала о данном Мариею обете девства, а затем радостно воскликнула: «И откуду мне сие, да прииде Мати Господа моего ко мне?»
…пояснив, что все это она говорит потому, что когда голос приветствия Мариина дошел до слуха ее, младенец, носимый ею, радостно взыгрался во чреве ее. Младенец Елисаветы, не иначе, конечно, как под наитием Св. Духа, восчувствовал близость иного Младенца, к явлению Которого в мир он должен будет приготовить человечество, и произвел необычайное движение в утробе матери. Действие Св. Духа, с младенца, носимого в утробе, перешло и на мать, которая мгновенно, по благодатному прозрению, узнала, какую радостную весть принесла Мария, и прославила Ее, как Богоматерь, словами архангела Гавриила.
Она ублажает Ее за веру, с которой Она приняла ангельское благовестие, как бы противопоставляя эту веру неверию ее мужа Захарии.
Из всего этого Пресвятой Деве Марии стало ясно, что Ее тайна открыта Елисавете Самим Богом. В чувстве восторга и умиления при мысли, что время пришествия долгожданного Мессии и избавления Израиля уже наступило, Пресвятая Дева прославила Бога дивной вдохновенной песнью, которая постоянно воспевается теперь у нас в Ее честь за утренним богослужением: «Величит душа Моя Господа и возрадовася дух Мой о Бозе Спасе Моем…». Здесь Она, отклоняя от Себя всякую мысль о своих личных достоинствах, славит Бога…
…за то, что Он призрел на Ее смирение, и в пророческом предвидении предрекает, что Ее за эту милость к Ней Господа будут прославлять все роды…
49что сотворил Мне величие Сильный, и свято имя Его;
___
Видимо, не дождавшись рождения Предтечи, Пресвятая Дева возвратилась домой.
Евр.9:1–7
И первый завет имел постановление о Богослужении. Доказав со стороны священника, священства и завета, что первый завет должен был окончиться, апостол теперь доказывает это и со стороны самого устройства скинии. Было в ней три отделения; одно – внешнее, предназначенное для всех вообще и иудеев и эллинов; далее следовала завеса за которую входили священники, совершая ежедневно службы. Это отделение называлось святым: эти отделения были образом Ветхого Завета, ибо там все совершалось с жертвоприношениями. Святое же Святых было образом нашего таинства. Ибо, говорит, первый, то есть Ветхий Завет, имел постановление, то есть символы, или законоположения, но имел в то время, ныне же не имеет, ибо прекратился. И святилище земное. Земным называет его потому, что дозволялось входить в него и в одном и том же здании известно было место, где стояли иудеи, назореи, прозелиты и эллины. Так как оно было доступно и язычникам, то и называет его земным (κοσμικόν – мирским).
Ибо устроена была скиния первая, в которой был светильник, и трапеза, и предложение хлебов (Исх. 10:22-25), и которая называется «святое». Называет эту первой, именно, по отношению к Святому Святых, которое было в середине. Пред ней же находился медный жертвенник, жертвенник для всесожжении, поставленный под открытым небом. Затем, если приподнимали завесу, вернее, покрывало (Исх. 40:19), то она являлась срединой, в которой был светильник и трапез предложение хлебов.
Видишь ли, что была первая завеса, которую Писание называет покрывалом, так как оно свертывалось и стягивалось, – эта завеса отделяла двор, в который входили все вообще, на котором и приносили жертвы на медном жертвеннике, от скинии, которая доступна была священникам, ежедневно совершавшим службы. Далее, как ты прошел эту завесу, была еще другая завеса, и за ней скиния, глаголемая Святая Святых, в которую никто другой не входил, кроме одного только первосвященника, но и он однажды в год. Везде же он все называет скинией, потому что в ней обитает Бог.
Имевшая золотую кадильницу и обложенный со всех сторон золотом ковчег завета. Ковчег завета называется так потому, что в нем находились скрижали, содержащие закон (Исх. 40:20). Где были золотой сосуд с манною, жезл Ааронов расцветший, и скрижали завета. Все эти вещи служили памятниками иудейской неблагодарности. Золотой сосуд с манною – в воспоминание того, что они, питаясь ею чудесным образом, возроптали (Исх. 16:3-10), и чтобы потомки помнили как о Божием благоволении, так и об озлоблении их. Жезл Ааронов – в воспоминание возмущения, бывшего против него (Чис. 17). Скрижали завета – в память того, что они сокрушили первые своим идолослужением. Ты спросишь, каким образом в книге Царств написано, что в ковчеге ничего не было другого, кроме скрижалей, апостол же теперь утверждает, что в нем были положены и золотой сосуд, и жезл Ааронов? Так как он наилучшим образом был воспитан Гамалиилом (Деян. 22:3) в еврействе, то он, вероятно, заимствовал это из предания; ибо и ныне фарисействующие евреи соглашаются, что это было так. Однако не сначала, но при Иеремии, когда было необходимым скрывать ковчег, тогда, говорят, вероятно, и были сложены в ковчег и эти вещи.
А над ним. То есть над ковчегом. Херувимы славы (Исх. 25:18-20). Славные, или подчиненные Богу; но служившие для славы Его. И это выставляет нарочито с той целью, чтобы показать превосходство того, что у нас. Осеняющие очистилище. Очистилищем назвал крышку ковчега, как ты более точно узнаешь об этом из самого Писания, и, прельщаемый словами некоторых, не подумай, что это – что-нибудь иное. Конечно, он этим указал на Христа, Который сделался умилостивлением за наши грехи. Запечатлел все, что было в Ветхом Завете, и утвердил. О чем не нужно теперь говорить подробно. Здесь показывает, что все это было не только видимое, но и служило знаком чего-то другого, изъяснение чего требует слишком много времени.
Хотя это и было, говорит, но иудеи не участвовали в этом, так как завеса удерживала их. Это сохранялось для нас, для кого оно было прообразом.
А во вторую – однажды в год один только первосвященник. Видишь ли самые прообразы, здесь уже предложенные? Дабы не сказали: жертва Христова была принесена однажды, каким же образом она освятила всех? Показывает, что так было издревле, ибо и святейшая и страшная жертва в Ветхом Завете была приносима первосвященником однажды. Не без крови. После того, как назвал крест жертвой, и без огня, и без дров, и не часто приносимой, показывает, что и ветхозаветная жертва была такова; ибо однажды приносилась с кровью. Некоторые спрашивали, каким образом в книге Исход написано: да кадит над золотым жертвенником, который, очевидно, находился во Святая Святых, «да кадит Аарон фимиамом сложенным благовонным рано: на нем Аарон будет курить благовонным курением; каждое утро, когда приготовляет лампады, будет курить им (Исх. 30:7-8), так что каждый день дважды входил первосвященник во Святая Святых с тем, чтобы кадить над тем местом, – где находился золотой жертвенник. Итак, как апостол говорив здесь, что этот первосвященник входил однажды в год? И решают, что однажды в год первосвященник входил с кровью, с фимиамом – дважды в день. Однако ты знай, что они напрасно сомневались и по неведению: не в золотой кадильнице Аарон кадил фимиамом дважды в день, но над золотым жертвенником, последний же находился не в Святая Святых, но в средней скинии; в ней же светильник и трапеза: тогда как с золотой кадильницей он входил во Святая Святых действительно однажды в год. Ибо иное – кадильница, и иное – жертвенник. Я указал на это недоумение для того, чтобы читающий эти слова, услышав о сомнении от других, не был введен в заблуждение, подумав, что оно – здраво. Которую приносит за себя и за грехи неведения народа. И снова: за себя. Первосвященник законный говорит, приносил жертву за себя. А Христос не за Себя, ибо Он не был причастен грешникам. Повсюду между тем и этим совершенное различие. Сказал за грехи неведения, а не за прегрешения, чтобы тем привести в больший страх и древних иудеев, и всех, и смирить гордость. Ибо если и ты не согрешил добровольно, ты согрешил невольно и по неведению, и от этого никто не свободен. Некоторые утверждали, что сказал так, показывая и здесь различие между жертвой Христа и жертвами законными. По закону жертвы прощали прегрешения по неведению; жертва же Христова прощает даже и сознательные грехи.
