Аверкий (Таушев) архиепископ

Слово притча представляет собой перевод двух греческих слов: «параволи» и «паримиа». Паримиа в дословном переводе означает «краткое изречение, выражающее правило жизни» (таковы, для примера, Притчи Соломона); параволи — это рассказ, имеющий прикровенный смысл и выражающий высшие духовные истины в образах, взятых из повседневного быта. Евангельская притча есть, собственно, параволи. Притчи, изложенные в 13-й главе Евангелия от Матфея и в параллельных местах у двух других синоптиков, Марка и Луки, были произнесены Господом при столь многочисленном стечении народа, что Господу Иисусу Христу пришлось войти в лодку, чтобы устраниться от осаждавшей Его толпы, и уже из лодки обращаться к людям, стоявшим на берегу Геннисаретского озера («моря»). Св. Златоуст поясняет: «Господь говорил притчами для того, чтобы сделать Свое слово более выразительным, глубже запечатлеть его в памяти слушающих и самые дела представить глазам». Притчи Господа — это иносказательные поучения, образы и примеры, заимствованные Господом из обыденной жизни еврейского народа и из окружающей природы.

В притче о Сеятеле Господь подразумевает под Сеятелем Самого Себя, под семенем – проповедуемое Им Слово Божье, а под почвой, на которую семя падает – сердца слушающих. Господь живо напомнил им их родные поля, через которые проходит дорога, местами заросшая колючим кустарником – тернием, иногда каменистая, покрытая лишь тонким слоем земли. Сеянье – прекрасный образ проповедования Слова Божья, которое, падая на сердце, смотря по состоянию его, остается бесплодным или приносит плод, больший или меньший.

У того, чей ум омрачен, а сердце огрубело в грехе так, что он не понимает Слово Божье, это Слово, ложится на поверхность ума и сердца, не пустив корней, как семя на дороге, открытое для всех проходящих, и лукавый – сатана или демон – легко его похищает, делает бесплодным услышанное. Каменистую почву представляют собой те, кто увлекается проповедью Евангелия, как приятной новостью, порой даже искренне и чистосердечно, находя удовольствие в проповеди, но сердцем – холодные, твердые и неподвижные, как камень. Такие не в силах ради требований евангельского учения изменить свой образ жизни, отстать от своих излюбленных, вошедших в привычку грехов и вести борьбу с искушениями, претерпевая скорби и лишения за истину евангельского учения. В борьбе с искушениями они соблазняются, падают духом и изменяют своей вере и Евангелию. Под тернистой почвой подразумеваются сердца людей, опутанных страстями: к богатству, к наслаждению, к благам мира сего вообще.

Под доброй же и плодоносной землей подразумеваются люди с добрым и чистым сердцем, которые, услышав Слово Божье, твердо решили сделать его руководством своей жизни и творить плоды добродетели. «Виды добродетели различны, как различны и преуспевающие в духовной мудрости» (Блаж. Феофилакт).

9Кто имеет уши слышать, да слышит!

Рим.16:1–16

Феофилакт Болгарский блаженный

Настоящее послание доставила римлянам Фива. Потому и знакомит их с нею. Высказывает свое уважение к ней и тем, что упомянул о ней на первом месте, и тем, что назвал ее сестрой (это великое достоинство), и тем, что показал ее должность, наименовав ее диакониссой.
Примите ее для Господа, как прилично святым. То есть для Господа окажите ей честь. Принимающий для Господа и незначительного человека оказывает честь Господу; а Фива была святая: следовательно, тем более ей надлежало оказать честь. Поэтому присовокупил: как прилично святым, то есть как следует принимать святых. И помогите ей, в чем она будет иметь нужду у вас. То есть снабдите, чем можете, подайте руку помощи; ибо не сказал: удовлетворяйте всем ее нуждам. Ибо и она была помощницею многим и мне самому. Сначала похвалил, потом в средине поместил увещание и, наконец, снова поставил похвалу, окружая с обеих сторон увещание свое – оказать ей честь. Ибо она, говорит, была помощницей многим, даже мне самому, вселенскому проповеднику, претерпевшему столько страданий.
Они, говорит, помогали мне в слове и учении и разделяли со мной труды и опасности. Некоторые полагали, что сотрудники эти были помощниками Павла в делании палаток (Деян. 18:3).
Которые голову свою полагали за мою душу. Они были совершенными мучениками: ибо при Нероне были бесчисленные опасности. Которых не я один благодарю, но и все церкви из язычников. Здесь намекает на страннолюбие их. И дабы не подумали, что говорит из лести, представляет и других многих свидетелей. И домашнюю их церковь. Так они были добродетельны, что все домашние их сделались верными; ибо наименовал их церковью. Так наименовал их и за страннолюбие; ибо церковью называется тот дом, в котором находятся примерное благочестие и добродетель. Ведущие брачную жизнь пусть поймут, что брачный союз не служит для них препятствием к добродетели.
Великое дело — быть возлюбленным Павла, который умел любить с разбором и не даром. Называет Епенета начатком или потому, что он первый уверовал, став началом и дверью к вере для всего народа, или потому, что показал в себе большее благочестие, почему и сказано: который есть начаток для Христа, то есть не в мирских вещах, но в том, что относится ко Христу.
Украшает женщину трудами за истину. Мариам, говорит, трудилась, бодрствовала, молилась не для себя только, но и, что важнее, исполняла должность и вместо нас, апостолов. Как же говорит: а учить жене не позволяю (1 Тим. 2:12)? Запрещает ей не учить словом, но занимать почетное место среди церкви и заседать на возвышении, а домашнее обучение весьма одобряет. Таким образом жена учит мужа своего (1 Кор. 7:16) и детей (1 Тим. 2:15); и Прискилла наставила Аполлоса в вере (Деян. 18:26). Не сказал же: многому учила, но много трудилась, дабы показать, что Мария служила снабжением деньгами и другими способами.
Что они сродники Павла, это составляет не такую похвалу, какую составляет то, что они узники с ним; ибо они пострадали гораздо более всякого узника, быв влачимы с места на место и разоряемы. Важно и то, чтобы быть апостолом, особенно если взять во внимание, что Иуния была женщина: тем более важно быть славным между апостолами. А славились они делами своими. Не стыдится Павел говорить: прежде меня еще уверовавших во Христа, поставляя им в похвалу, что выступили наперед и предвосхитили благо.
Если за великое почитается быть любимым царем; то насколько славнее быть любимым Павлом, который любит за добродетель и для Бога?
Приветствуйте Урбана, сотрудника нашего во Христе. Эта похвала больше предыдущей; она даже причина той и содержит ее в себе: ибо кто сотрудник, тот и возлюбленный. И Стахия, возлюбленного мне. И этого венчает тем же.
Приветствуйте Апеллеса, испытанного во Христе. То есть безукоризненного и беспорочного во всем, а некоторые говорят, что это сказано в отличие от другого какого-то Апеллеса, не заслуживающего одобрения. Приветствуйте верных из дома Аристовулова. Эти, вероятно, были не таковы, как прежние, почему и не упомянул о них поименно.
Приветствуйте Иродиона, сродника моего. Приветствуйте из домашних Наркисса тех, которые в Господе. То есть верных.
Приветствуйте Трифену и Трифосу, трудящихся о Господе. О Мариам сказал выше (Рим. 16:6): которая много потрудилась, а об этих говорит, что они еще трудятся. Великая похвала — всегда быть в деле и трудиться. Приветствуйте Персиду возлюбленную, которая много потрудилась о Господе. Эта выше упомянутых пред сим; потому что она не только много потрудилась, но и возлюбленная. Так именует каждого по достоинству, одних поощряя к большей ревности, а других возбуждая к соревнованию.
Двойное благо: и сын беспорочен, и мать безукоризненна. Ибо не сказал бы, конечно: матерь его и мою, если бы не усвоял этой женщине великую добродетель.
Здесь не на то смотри, что перечисляет их, не приписав им никакой похвалы, но на то, что хотя они были гораздо ниже всех, однако удостоились от апостола приветствия. Лучше же сказать, он и им приписал похвалу, когда назвал их братиями.
Великую похвалу приписывает и этим лицам: ибо назвал их святыми.
Приветствуйте друг друга с целованием святым. Дабы не подать повода к распрям тем, что одних приветствует так, а других иначе, об одних отзывается с большими, а о других с меньшими похвалами, всех уравнивает святым лобзанием, дабы ни высший не презирал низшего, ни низший не завидовал высшему; потому что святое лобзание все умиротворяет и уравнивает. Приветствуют вас все церкви Христовы. Не только сам соединил их, но и посылает им приветствие от всех церквей, чтобы соединились; ибо говорит обо всех вообще, а не о том или другом. А стольким лицам высказал приветствия в этом послании, чего не сделал ни в каком другом, потому что еще не видал римлян. Поскольку же в Риме нашли прибежище многие из сродников его, то, достойно упоминая о них поименно, знакомит с ними римлян посредством послания.