Старый стиль  19 мая 

 понедельник

Новый стиль  1 июня

Седмица 1-я по Пятидесятнице. Троицкая седмица

Поста нет. Глас 7-й

День Святого Духа

Сщмчч. Патри́кия, епископа Прусского, и с ним трех пресвитеров: Ака́кия, Мена́ндра и Полие́на (ок. 100)

 прп. Корни́лия Коме́льского, чудотворца (1537)

 блгв. вел. кн. Дими́трия Донского (1389) и прп. Евфроси́нии, в миру Евдоки́и, вел. кн. Московской (1407)

Прп. Корни́лия, игумена Палеостровского, Олонецкого (ок. 1420)

блгв. кн. Иоа́нна Угличского, в иночестве Игна́тия, Вологодского (1523)

прп. Се́ргия Шухтомско́го (1609)

мч. Калу́фа Еги́птянина (284–303)

прп. Иоа́нна, епископа Готфского (VIII)

Собор святых Белгородской митрополии

Сщмчч. Матфи́я Вознесенского (1919) и Ви́ктора Каракулина (1937), пресвитеров

сщмчч. Ону́фрия (Гагалюка), архиепископа Курского, Анто́ния (Панкеева), епископа Белгородского, Митрофа́на Вильгельмского, Алекса́ндра Ерошова, Михаила Дейнеки, Ипполи́та Красновского, Николая Садовского, Васи́лия Иванова, Николая Кулакова, Максима Богданова, Алекса́ндра Саульского, Павла Брянцева, Павла Попова, Гео́ргия Богоявленского пресвитеров, и мч. Михаила Вознесенского (1938)

прмч. Валенти́на (Лукьянова), иеромонаха (1940)

Иконы Божией Матери: Кипрская (392)

Тупичевская (XVII)


Евангелие от Матфея

Мф.18:10–20 

Аверкий (Таушев) архиепископ

В этой притче рисуется картина беспредельной любви и милосердия Божия к падшему человеку. «Смотрите, не призирайте ни одного из малых этих» – не презирайте, почти тоже, что «не соблазняй», то есть не считайте их настолько ничтожными, что не важно и соблазнить их; «малых этих», то есть тех, которые сами себя умалили, Царствия ради Небесного, – истинных христиан. Каждый из таковых имеет от Бога своего Ангела-хранителя; поэтому, если Сам Бог так о них печется, то вправе ли люди презирать их?
Это новое побуждение не презирать малых сих, ибо Сам Господь пришел на землю для их спасения.
Чтобы нагляднее показать, как дорого в очах Божиих спасение человека, Господь сравнивает Себя с пастырем, который, оставив целое стадо, то есть бесчисленные сонмы Ангелов, пошел искать одну заблудшую овцу, то есть падшего человека. Смысл притчи, как объясняет бл. Феофилакт, в том, «что Бог печется об обращении грешников, и радуется о них более, нежели об утвердившихся в добродетели».
Далее следует наставление Господа, как должно исправлять ближнего, имеющее тесную связь с запрещением соблазнять его. Если противно любви соблазнять ближнего, вовлекая его в грех, то не менее противно любви оставлять его во грехе, не заботиться об его исправлении, когда он грешит. Но это надо делать осторожно, с братской любовью: сначала надо обличить его наедине, и если он сознается в своем грехе и осудит себя, то «приобрел ты брата твоего», приобрел вновь того, кто отпал было через грех, перестав быть членом Царствия Христова.
Если же он не послушает твоего братского обличения и увещевания, упорствуя во грехе, то нужно взять с собой еще одного или двух, которые могли бы быть свидетелями поведения брата, упорствующего в своем грехе и могли бы сильнее повлиять на него и побудить его раскаяться (законом Моисеевым требовалось во всяком судебном деле наличие двух или трех свидетелей — Втор. 19:15).
Здесь под «Церковью» разумеется, конечно, не все общество верующих, а те, кто поставлены во главе Церкви, ее священноначалие, ее пастыри, которым дана власть вязать и решить. «Если и Церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь», т.е. если он настолько закоснел в грехе, что не считается с авторитетом пастырей Церкви, то пусть он будет отлучен от общения с тобой, как язычники и мытари от общения с иудеями, считавшими их людьми крайне развращенными. Смысл изречения таков: человека, не признающего авторитета Церкви, не считай более своим братом, прекрати с ним христиански братское общение, чтобы не заразиться его болезнью. Таковые упорные грешники, отвергающие авторитет церковного священноначалия, совершенно извергаются из Церкви, пример чему дает нам св. ап. Павел в 1 Коринф. 5 гл. На этих словах Господа и основывается с апостольских времен практикуемое Церковью отлучение, называемое «анафемой», в полном согласии с 1 Кор. 16:22. «Анафема» не есть «проклятие», как многие думают в наше время, осуждая за это Церковь, как якобы допускающую этим акт против христианской любви. «Анафема» (отлучение) это крайняя вразумительная мера для упорных грешников, не поддающихся исправлению и для предостережения от следования им других. Право на это дано церковному священноначалию Самим Господом, сказавшим: «Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе»
То, что обещано было прежде Петру (Мф. 16:19), теперь обещается всем Апостолам. Апостолы же передали эту власть вязать и решить грехи своим преемникам — пастырям Церкви, ими поставленным для продолжения их дела на земле.
Но и во всяком другом случае, когда Апостолы Христовы соединяются в единодушной молитве по поводу какой бы то ни было нужды, Господь обещает исполнить их желание, ибо «где двое или трое собираются во Имя Мое, там Я посреди них».
20ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них.
Наставление Господа о прощении согрешившего и покаявшегося брата вызвало вопрос Петра, сколько раз прощать брату. Вопрос этот объясняется тем, что, по учению иудейских книжников, прощать можно только три раза. Желая превзойти ветхозаветную праведность и думая показаться великодушным, Петр спрашивает, достаточно ли будет прощать до семи раз.

Еф.5:8–19

Феофилакт Болгарский блаженный

Вы были некогда тьма, а теперь — свет в Господе. Прежде, и по учению, и по жизни, вы действительно были тьмой, а теперь — свет, потому, что и Бога познали, и совершаете дела света. Но это произошло с вами не от вашей добродетели, а в Господе, то есть по божественной благодати. Итак, вы не должны иметь общения с сынами противления, на которых грядет гнев. Некогда и вы были таковыми и достойными гнева, но теперь уже нет. Посему не возвращайтесь опять ко тьме. Поступайте, как чада света. То есть благообразно и как прилично ходящему во свете. Мало того, и для других повелевает нам быть светом. Ибо сын света, конечно, и сам есть свет.
Как бы объясняя нам, кто есть чадо света, говорит: тот, который имеет плод Духа. Ибо Дух производит плоды, не те, о которых впереди мы сказали, но противные им: благость, которая противоположна раздражению и гневу, правду, которая противоположна лихоимству, и истину, которая противоположна ложному удовольствию нечистоты. И говорит о всякой благости, — о благости ко всем, не только к друзьям, но даже ко врагам.
Испытывать есть дело совершенных, могущих судить. Поэтому только несовершенному и невежественному разумению свойственно избирать неблагоугодное Господу, каковы вышеуказанные страсти.
Бесплодны дела тьмы и греха, потому что не что иное приносят, как смерть и стыд. Итак, не должно принимать участия в таких делах, но, напротив, обличать, то есть наставлять тех, которые делают таковое. Как же в другом месте говорится: не судите? Это сказано вместо: «не осуждайте». Иное дело — обличение и иное — осуждение: первое служит к исправлению, а второе к осмеянию и наказанию. А притом же не судите говорит о самых незначительных грехах. Посему и присовокупляет: что ты смотришь на сучок в глазу брата твоего? (Мф. 7:3).
Намекает также Павел на некоторые неприличные деяния, которые нашли себе место в Ефесе.
Все же обнаруживаемое делается явным от света. Сказав, что вы — свет, а свет обличает скрывающееся во тьме, он присовокупляет: итак, если вы будете добродетельными, то не в состоянии будут скрываться лукавые. Ибо как при свете светильника не вошел бы вор, так при свете вашей добродетели будут уловлены и те, особенно если они обличены вашими наставительными речами. Ибо все, делающееся явным, свет есть. Как рана, когда закрыта, не допускает никакого врачевания, так и грех. Когда же будет обнаружен, то становится светом, не сам грех, а делающий его. Ибо когда, подвергшись обличению, принесет он покаяние и получит прощение, не удалится ли от него тьма? Или же говорит, что ваша жизнь, когда она открыта, есть свет, потому что никто не скрывает своей незазорной веры и деятельности. А тайное потому и скрывается, что оно достойно тьмы; это-то и нужно выводить наружу и обличать.
Спящим и мертвым называет человека, живущего во грехах. Ибо он и смраден, как мертвый, и бездействен, как спящий, и грезит, и воображает призрачное. Когда же пробудится кто от греха, тогда осветит его Христос, то есть воссияет для него, как и солнце для тех, которые пробудились от сна. Пока же находится во грехах, он ненавидит свет и не приходит к нему. И не относительно неверующих только говорит это, но и о верующих. Можешь найти и различие между спящим и мертвым. Многие делающие зло, но не одобряющие делаемого, могли бы быть названы спящими. Они легко пробуждаются. И к ним-то относится выражение восстань. А другие, которые и делают зло, и оправдывают его, могли бы быть названы мертвыми, так как их труднее воззвать к добру. Однако и к ним взывает слово, чтобы они восстали: ибо не должно отчаиваться относительно возможности изменения природы.
Опять предостерегает от горечи и гнева, как бы говоря им: вы — овцы посреди волков, многие злобствуют против вас, даже свои домашние, смотрите, никому не давайте повода ко вражде; кроме веры, пусть никто ни в чем другом вас не обвиняет, но оказывайте почтение и всякое послушание там, где нет вреда для веры, и будьте, как голуби. Ибо в том состоит мудрость или благоразумие, чтобы сохранить себя самих чистыми и никому не мстить.
Дорожа временем. Не изворотливости учит нас, но поскольку, говорит, время не ваше и вы — пришельцы, странники и посторонние, то не ищите чести и славы, ни отмщения, но все переносите и этим искупайте время; все отдавайте, чего бы от вас ни потребовали. Подобно тому, как богач, видя нападающих на него с целью лишить его жизни, все отдает и спасает себя, так и вы все отдайте, чтобы спасти главное, то есть веру. Потому что дни лукавы. Не сущность дней порицает, ибо сущность дня свет, конечно, и часы, а в них что лукавого? Но за то, кажется, порицает дни, что в них совершается. Как и мы обыкновенно говорим: дурной день провел, конечно, по причине того, что случилось во время его, и что бывает от людей лукавых, а не от Бога. Итак, дни называются лукавыми по преобладанию господства злых людей.
Так как, говорит, в настоящие дни преобладают дурные люди, то вы, как мудрые, старайтесь не подавать им никакого повода против себя: ибо в том и состоит воля Божия, чтобы соблюдать себя чистыми, с сохранением и веры.
И не упивайтесь вином. И еще обуздывает гнев, потому что и неумеренность в вине делает гневливыми и дерзкими. А что порицает неумеренность, это ясно: ведь не сказал: не пейте, но: не упивайтесь. Но пьянство происходит от неумеренности, так как умеренное употребление вина доставляет и здоровье (как сам апостол говорит в послании к Тимофею — 1 Тим. 5:23), и веселье, как свидетельствует Давид (Пс. 103:15). И Писание к тому же говорит (Притч. 31:6): дайте вина огорченному душою, то есть увеселение находящимся в скорби. Ибо оно смягчает огорчение и тоску. Посему и Бог создал наши тела умеренными, чтобы они довольствовались немногим и стремились к другой жизни. От которого бывает распутство (άσωτια). То есть неумеренное употребление. Ибо пьянство не здоровье приносит, но губит не только тело, но и душу. Это и значит άσωτια — трата здоровья. Или же словом άσωτια в простонародном его употреблении, обозначает здесь плотскую невоздержанность. Ибо от пьянства происходит разврат. Но исполняйтесь Духом. Хочешь, говорит, веселиться? Избегай наполнять себя вином, а исполняй себя Духом Святым. И этого (исполнения Духом) ты достигнешь, если научишься псалмопению. См. ст. 19

И этого (исполнения Духом) ты достигнешь, если научишься псалмопению. Ибо поющие псалмы исполняются Святого Духа, равно как и распевающие сатанинские песни исполняются нечистого духа. Петь псалмы в сердце — это значит петь разумно и без развлечения. Ибо тот поет псалмы в сердце, кто внимает тому, что поет. И заметь, после того, как очистил душу от горечи и прочих страстей, тогда убеждает нас исполняться Святым Духом. И не просто придет Святой Дух, но исполнит наши сердца. А при существовании такого света в нас и всякая другая добродетель будет легка и удобоисполнима.