Доброе утро братья и сестры. ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!

Божьей Милости вам и вашим близким.

Воскресенье

Мк. 15:43 – 16:8 (зач. 69).

  • [Зач. 69.] пришел Иосиф из Аримафеи, знаменитый член совета, который и сам ожидал Царствия Божия, осмелился войти к Пилату, и просил тела Иисусова.
  • Пилат удивился, что Он уже умер, и, призвав сотника, спросил его, давно ли умер?
  • И, узнав от сотника, отдал тело Иосифу.
  • Он, купив плащаницу и сняв Его, обвил плащаницею, и положил Его во гробе, который был высечен в скале, и привалил камень к двери гроба.
  • Мария же Магдалина и Мария Иосиева смотрели, где Его полагали.
  • [Зач. 70.] По прошествии субботы Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия купили ароматы, чтобы идти помазать Его.
  • И весьма рано, в первый день недели, приходят ко гробу, при восходе солнца,
  • и говорят между собою: кто отвалит нам камень от двери гроба?
  • И, взглянув, видят, что камень отвален; а он был весьма велик.
  • И, войдя во гроб, увидели юношу, сидящего на правой стороне, облеченного в белую одежду; и ужаснулись.
  • Он же говорит им: не ужасайтесь. Иисуса ищете Назарянина, распятого; Он воскрес, Его нет здесь. Вот место, где Он был положен.
  • Но идите, скажите ученикам Его и Петру, что Он предваряет вас в Галилее; там Его увидите, как Он сказал вам.
  • И, выйдя, побежали от гроба; их объял трепет и ужас, и никому ничего не сказали, потому что боялись.

Мысли Свт. Феофана Затворника

(Деян.6:1–7Мк.15:43–16:8).

Неутомимые жены! Сна не давали очам и веждам дремания, пока не обрели Возлюбленного! А мужи будто упираются ногами: идут на гроб, видят его пустым, и остаются в недоумении, что бы это значило, потому что Самого не видали. Но значит ли это, что у них меньше было любви, чем у жен? Нет, тут была любовь рассуждающая, боящаяся ошибки по причине высокой цены любви и предмета ее. Когда и они увидали и осязали, тогда каждый из них не языком, подобно Фоме, а сердцем исповедал: «Господь мой и Бог мой» (Ин.20:28), и уже ничто не могло разлучить их с Господом.

Мироносицы и апостолы – образ двух сторон нашей жизни: чувства и рассуждения. Без чувства – жизнь не жизнь; без рассуждения – жизнь слепа, много истрачивается, а мало плода здравого дает. Надо сочетать то и другое. Чувство пусть идет вперед и возбуждает; рассуждение же пусть определяет время, место, способ, вообще бытовой строй того, что делать намекает сердце. Внутри сердце идет вперед, а на практике – рассуждение. Когда же чувства станут обученными в рассуждении добра и зла, тогда, может быть, можно будет положиться и на одно сердце; как из живого дерева сами собою идут отростки, цветы и плоды, так и из сердца начинает тогда возникать только добро, разумно влагающееся в течение жизни нашей.