Вот цель второго пришествия Господня! Затем приидет, чтобы прославиться и дивным быть во святых и уверовавших. Отвержение Неверов и грешников совершится будто мимоходом. Величие и грозность явления Господа отразит и поразит их. Все же внимание Господа будет обращено на то, чтобы удивить милость Свою в прославлении верных Своих. Какое теплое и успокоительное утешение для страждущих из-за веры в Господа!

В соответствие предыдущему, — неверам погибель вечная, а вам — дивная слава, — хоть не прямо о славе их говорит, а о прославлении в них Господа, но этим еще более увеличивает светлость ожидающего их в будущем состояния, давая понять, что их слава будет часть некая славы Божией, — Божеская слава.

Господь Сам в Себе всегда славен и дивен, но во святых Своих и верующих не всегда и не вполне Он ныне славен и дивен. В лице их Его уничижают и не благоговеинствуют пред Ним. Тогда же Он покажет, что суть святые и верующие в Него, какую благодатную силу носят они в себе на земле и какою духовною славою облечены души их под покровом бренного тела и несветлого внешнего положения. Что теперь сокрыто, то тогда явлено будет всем. Господь облечет их славою, какою Сам облечен, так что не только чуждые Ему, но и сами верующие и ангелы удивятся тому и прославят Его Самого. Не у явися что будем (1 Ин. 3:2). И на сердце человеку не всходило, что уготовал Бог любящим Его (1 Кор. 2:9).

Дивен бывает Бог во святых Своих (Пс. 67:36), и удивляет хотения Своя в них (Пс. 15:3), нередко еще здесь. Это и необходимо в видах устроения спасения рода человеческого. Дивным являлся на земле Сам Господь; дивны были святые Апостолы, в скудельных сосудах носившие великую Божию благодать, покорившую всю вселенную; дивны были святые мученики, страшные муки претерпевшие радуясь, даже слабые жены, Девы юные и дети; дивны были преподобные, в строгих лишениях рай находившие. Особенно Дивны нравственные изменения: из пьяниц — в трезвых, из блудников — в целомудренных, из гневных — в кротких, из скупых — в щедрых, из гордых — в смиренных. Но здесь это не всеми видится и чтится. Тогда пред всеми воссияет свет славы благодати Божией, — и явно будет, какие совершенства кто стяжал трудами на земле, и в каких проявляется Божеская слава. Ибо слава та не внешно будет одевать их, а проторгаться изнутри, из тех святых качеств, какие составляют строй души их.

Та и цель у Апостола в речах сих, чтоб отогнать мрачные мысли, к каким повод могли подавать гонения и скорби. Святые отцы на эту сторону и обращают более внимания при толковании. Вот их мысли. Феодорит: «Показал Апостол великость наказания Неверов, наименовав его вечною погибелию; теперь дает видеть и славу уверовавших, сказав, что Сам Бог в них прославится и сделается дивным. В настоящей жизни одни пребывают в злостраданиях и трудах, а иные, живя порочно, наслаждаются обильными благами; в день же суда — праведные будут прославлены и сподоблены венцов, а жившие порочно преданы мукам». Святой Златоуст: «Когда гонители увидят, что те самые, которых они мучили, презирали и подвергали осмеянию, соделались близкими к Нему, тогда откроется слава Его, или, правильнее говоря, в этом будет состоять и Его слава, и слава сих последних; Его слава потому, что Он не оставил их, но окружил их большим блеском,— их слава потому, что они сподобились такой чести». Он же: «Когда злосчастных, и уничиженных, и перенесших тысячи страданий, и при всем том сохранивших веру в Него Он сподобит такой славы, тогда обнаружится сила Его, потому что, хотя здесь верующие были по видимому Им оставлены, однако там удостоятся славы. В этом-то особенно откроется вся слава и сила Божия». Экумений: «Прославитися — двояко разуметь можно: славно для Него то, что много будет святых, коих Он преисполнит благ Своих; или так: Он прославлен будет святыми, при виде Его в Отчей славе седящим одесную Отца, как Бога всяческих. Можно и третью мысль допустить, что святые возбудят бесплотные силы прославить Его, при виде скольких и коликих благ сподобит Он верных Своих. Дивен быти, — как прославиться Ему подадут повод святые, так и дивным явиться,— потому что тех, кои в жизни сей казались столь уничиженными и отверженными, так что их гнали и убивали, удостоил стольких и толиких благ» (у Феофилакта те же мысли).

Яко уверися свидетельство наше. Некоторые видят в сих словах объяснение слова: уверовавших, как бы так: придет Господь дивным быти в уверовавших — подразумевается: в вас, или: и в вас,— так как и вы уверовали свидетельству нашему, то есть свидетельству о Христе Иисусе, или проповеди Евангельской, — так как это свидетельство принято вами с верою, поверовалось вами. В таком случае — в день он,— будут относиться к прославлению и дивности Господа во святых: когда придет прославиться и дивным быти в день той; слова же: яко уверися свидетельство наше в вас, — будут составлять вносное предложение, как бы стоять в скобках.— Феофилакт пишет: «Дивен будет Бог в тот день, потому что уверовано вами слово наше и проповедь,— то есть потому, что вы уверовали и соделали себя достойными тех благ, кои дарованы будут тогда верным». То же и Феодорит: «В день он — отнести должно к сказанному выше, то есть Господь дивен будет во всех веровавших в день он. Свидетельством назвал он проповедь; сказал же, что они поверовали сему свидетельству».

Святой Златоуст, имевший в своих беседах всегда нравственные цели, между прочим видит здесь и такую мысль: «Так как многие притворяются верующими, то прежде смерти никого не ублажай, ибо только в день он обнаружится, кто истинно уверовал». Эту же мысль удерживает и Экумений: «В день он явно будет, что вы уверовали, ибо ныне многие притворяются верующими». И при таком понимании словами: яко уверися… объясняется предыдущее: веровавших, только в другом отношении. При этом не нужно, однако ж, придумывать, что — яко уверися... есть вносное предложение и — в день он — передвигать на другое место.

Но, кажется, ближе всех к течению речи будет толкование святого Дамаскина, по которому — яко уверися… тогда откроется не искренность веры веровавших, а Божественное достоинство самой веры. Он говорит: «Та истина, которую мы ныне проповедуем, в тот день — πιστευθησεται — окажется непререкаемо верною». Ныне неверы имеют смелость говорить: в кого вы веруете, и во что, и для чего? — относясь с словами уничижения и к вере, и к Самому Господу — предмету веры, и к верующим. И будто торжествуют, высясь своим мудрованием над простотою веры верующих. Тогда воссияет слава веры, торжественно пред всеми откроется, что она-то и есть единственная руководительница, Богом дарованная живущим на земле, на все время стояния земли, и что следовавшие ей, несмотря на множество противлении, не ошиблись в чаянии своем. Свидетельство Апостолов, что они проповедуют не свое, а Богом и Господом им преданное и Святым Духом внушаемое, — окажется верным, и все признают то. И Господь дивным явится в уверовании веровавших — оправдится во словесех Своих, и победит внегда судити Ему (Пс. 50:6). слово уверися стоит в прошедшем, а не в будущем времени, это не мешает сказанному пониманию. Апостол ставит внимание наше в тот момент, когда это совершится, и как бы говорит: дивен будет Господь в уверовавших, ибо вот — смотри — оправдалось свидетельство наше.

Этим кончает святой Павел изображение будущего суда и воздаяния. Так долго держал он внимание на сем предмете ради того, что нет другого предмета, который бы силен был столько отрезвлять ум и такую придавать бодренность и энергию нравственным силам, как созерцание того, какой будет конец всему. Холодная строгость нравоучительная — действовать по одному сознанию долга, чужда Божественному учению. Оно окружает человека побуждениями, на которые сочувственно отзывается человеческая природа на всех степенях своего развития. Святой Златоуст учит относительно сего так: «Мысль о царствии побуждает нас вести жизнь добродетельную. Правда, тот, кто вполне добродетелен, руководствуется не страхом (наказаний) и не желанием приобресть царство, но Самим Христом, подобно тому как делал Павел. Но мы будем помышлять о благах в царстве небесном и о мучениях в геенне, и по крайней мере таким образом будем правильно образовывать и воспитывать себя, будем таким образом побуждать себя к исполнению того, что должны исполнить. Когда в настоящей жизни увидишь что-либо хорошее и великое, тогда подумай о небесном царстве, и убедишься, что виденное тобою ничтожно. Когда увидишь что-либо страшное, то подумай о геенне, и ты посмеешься над тем, что показалось тебе страшным. Когда овладеет тобою плотская похоть, помысли об огне, размысли о самом удовольствии от этого греха, что оно ничтожно и что даже не приносит собою удовольствия. Если опасение преступить законы, которые здесь изданы, имеет такую силу, что удерживает нас от злодеяний, то тем более — памятование о будущем, непрестанное мучение, наказание вечное. Если опасение оскорбить земного царя удерживает нас от стольких преступлений, то тем более опасение оскорбить Царя небесного. Если один вид мертвеца до такой степени смиряет наш ум, то тем более — геенна и огнь неугасающий, тем более — червь неумирающий. Если бы мы постоянно помышляли о геенне, то не скоро низринулись бы в нее. Для этого-то Бог и угрожает наказанием. Если бы размышление о геенне не приносило нам великой пользы, то Бог не изрек бы сей угрозы; но так как память о ней может способствовать надлежащему исполнению великих дел, то Он как бы некоторое спасительное врачевство посеял в наших душах — ужас возбуждающую мысль о ней» (под 8 стихом).

За сие — «того ради, чтоб и в вас прославился и дивен был Бог» (Экумений). В следующем 12 стихе так и значится. И молимся всегда о вас. И временную, и вечную участь обращенных к сердцу приняв, Апостол неутомимо молится о них, как сердобольный отец о чадах, желая, чтоб они истинно сподобились всех благ о Христе Иисусе, Господе нашем.

Сподобит званию. Звание, в Писании Святом, есть или призывание к вере в Господа Иисуса Христа (1 Фес. 2:12); или состояние, соответствующее сему призванию, когда кто таков и есть, как требует христианское звание (2 Пет. 1:10; Еф. 4:1); или плод звания,— то, к чему приводит призвание, — упование звания (Еф. 4:4), звание небесное (Евр. 3:1). Как солуняне уже призваны к вере, то, конечно, Апостол здесь желает им или того, чтоб Бог сподобил их явиться достойными сего звания, выдержать себя до конца так, как оно требует, или того, чтоб сподобил их получить, что отложено на небесах сему званию, облаженствовать их всею полнотою благ, кои благость Божия благоволила уготовать верующим. То и другое можно принять,— и то, что здесь требуется, и то, что там обещается. Ибо в сущности они нераздельны. Нынешнее — необходимое условие тамошнего. Когда есть в нас то, к чему обязываемся здесь, будет и то, что там уготовано; а когда нет здешнего, то и тамошнего не жди. Блаженный Феофилакт пишет: «Что ж, разве они не были званы? — Да, были. Но не о том звании говорит Апостол, ибо по тому много званных. И не имевший брачных одежд был зван, званы были и пять дев, но (ни тот, ни эти) не вошли. Звание здесь Апостол разумеет то, которое подтверждается делами и которое собственно и есть звание, как и вера настоящая есть вера деятельная».

Что же нужно для того, чтоб солуняне ходили Достойно звания, того желает далее святой Павел: и исполнит всяко благоволение благости. Благоволение благости — то, чего хочет благость Божия людям, все блага, кои дарованы нам в Господе Иисусе Христе: благодать возрождения, освящение, Богообщение, всыновление, которое прямо названо у Апостола благоволением хотения Божия (Еф. 1:5). Желает Апостол, чтобы все это исполнил на солунянах, чтоб, получив отпущение грехов, поревновали они очиститься и от страстей и, развив в себе добрые расположения и чувства, соделались достойным жилищем Триипостасного Бога. Экумений перефразирует сие место так: «Молимся, да исполнит в вас Бог всякую благую волю Свою. Воля же и благоволение Божие есть, да все люди спасутся и улучат вечное блаженство». Феофилакт прибавляет: «Чтоб всякое благоволение Божие, то есть все, что Ему благоугодно, исполнилось в вас, и вы явились такими, какими быть вам желает Бог, ни в чем не имея недостатка». Тот и другой заняли такие мысли у святого Златоуста, который говорит: «Дабы вполне удостоверился Бог, что вам уже ничего более недостает для того, вы соделались такими, как Он желает».

Возведши же благодатию и благоволением Своим солунян на такое нравственное совершенство, Бог исполнит в них и дело веры в силе. Дело веры — вообще то, для чего вера Христова основана и учреждена на земле. Апостол желает, чтоб это совершилось в солунянах. Или дело веры — показание своего верования делом (святой Дамаскин) пред другими, несмотря на неприязнь их за то; следовательно, дело веры — плоды веры вообще и в особенности терпение гонений за веру. У Феодорита читаем: «Умоляем Бога всяческих, чтоб вас, сподобившихся призвания, исполнил всех благ, и вы произрастили плоды веры». По святому Златоусту, дело веры — перенесение гонений, и, по Феофилакту, Апостол желает, «да соделает Бог в солунянах терпение гонений совершенным. Терпение есть дело веры, так что, кто не имеет терпения, тот дела веры не показывает».

В силе — или во всей полноте, по всему величию благоволения благости, и по всему значению веры, совершеннейшим образом. Или силою Своею, свыше ниспосылаемою, силою благодатною, укрепляющею людей на все дела веры и особенно на терпение. «В силе, то есть усилив вас и укрепив» (Феофилакт). «Да исполнит дело веры в вас, собственною Своею (Божественною) силою. Ибо от сей последней рождается первое. Если Он даст силу исполнить нам дело веры, то, конечно, исполнит и благоволение Свое в нас» (Экумений).

То и другое, благоволение благости Божией и дело веры в людях, обнимают все, что требуется для того, чтоб нам сподобиться звания, или явиться такими, какими быть нам оно требует, или, что то же, ходить достойно звания (Еф. 4:1). Первое указывает, что от Бога; второе — что от людей. Там все устроение спасения и благодатные силы; здесь собственная наша деятельность, труд, усилия в духе веры, или по исполнению обязательств веры, хотя все это имеет значение только при укреплении силою свыше. Звание христианское исполняется не одною благодатию и не одними усилиями человека, а тем и другим вместе. Святой Дамаскин пишет: «Молится так Апостол, чтоб соделать их более ревностными. Делает так не за тем, чтоб отстранить то, что должно быть, от нас, но чтобы не много о себе думали, а, напротив, чтоб даже и во всем том, на что от благодати Божией получили способность, призывали Бога в помощники; потому что, если понадеемся на себя самих, весь труд наш ни во что будет. Словами да исполнит показывает, что они еще несовершенны. Ибо тогда совершенство, когда пройдет время подвига. Но, пока кто еще подвизается, пусть боится, не пасть бы. Почему и сказано: прежде конца не ублажай (Сир. 11:28). Святой Златоуст выводит отсюда: «Смотри, как незаметно смиряет их Апостол. Чтобы они, как люди, совершившие великие подвиги, не возгордились от избытка похвал и не предались лености, он говорит, что, до тех пор, пока они находятся в сей жизни, им недостает чего-то. Подобно тому и в послании к Евреям он говорит: не у до крове стаете, противу греха подвизающеся» (Евр. 12:4).